Публикации
в прессе
Научные
публикации
Воспоминания
и отчеты
Описания

 

Беседа с Женей Стародубовым (записана Андреем Пильским 20.11.2002)

Е.С. Насколько я помню, это был 80-ый год. Да, это была весна 1980 года, под 1-ое Мая мы тогда ходили. Есть очень интересная предыстория этой экспедиции. Тогда началась так называемая "революция" и руководитель нашей спелеосекции Радик Гужва успел сделать себе зачет руководства походом на 2-ую категорию, а ему очень сильно хотелось получить себе руководство троечкой. Наша команда тогда базировалась на МРТЗ (Московском радиотехническом заводе) и две трети ее были работниками этого завода. Кроме них в команду входили: я, Сережа Корягин, Нина Перова, Лена Артюшина, Марина Серебрякова - это из тех, кого я помню, не МРТЗ-ных. Опыт у всех был Караби - двоечный. Для большинства та поездка в Снежную была второй спелеологической экспедицией в жизни. Тем не менее, Гужва после Караби вознамерился повезти свою команду в Осеннюю. Когда об этом узнал Саша Морозов, у него чуть волосы дыбом не стали. Он вызвал его и спросил: Радомир, ты соображаешь, что собираешься сделать - идти весной в Осеннюю такой командой!? Радик стал долго объяснять, что это всем вполне по силам и, вообще, для нас это простое дело - мы натренированные, все такие из себя. Дальше была целая история, как его отговаривали, а он упирался. В конце концов, Саше это надоело и он сказал: Слушай, мы едем весной к Снежной и ради того чтобы ты не ездил в Осеннюю я тебе принесу и повешу лестницы до Большого колодца Снежной, только откажитесь от Осенней. Предложение такой халявы сыграло свою роль и Радик тут же согласился.

А.П. Выполнение Морозовского предложения Гужве благополучно свалилось на меня. Саша был тонким дипломатом и представил дело примерно так: молодая и неопытная группа желает сразу начать серьезную работу в Снежной, ну естественно с экскурсии до Галереи. Наш долг состоит в помощи смельчакам, пусть все увидят, что даже малоопытная группа (под неусыпным надзором старших опытных товарищей) может успешно посетить самую сложную пещеру. Правда, при этих объяснениях он не акцентировался на реальном опыте членов МРТЗ.

Е.С. Когда решение о поездке в Снежную состоялось, возникла первая проблема. Никто из нас не знал дороги к Снежной, к тому же мы не могли все одномоментно прибыть на Кавказ. Поэтому было решено послать квартирьеров, которые узнали бы дорогу, встретили основную группу и проводили бы к Снежной. Я стал таким квартирьером, вместе с Леной Артюшиной, моей будущей супругой. Таким образом, я оказался с вами, и мы с тобой познакомились. Нашей задачей было дойти до Сувенира, потом спуститься вниз, встретить основную группу и довести до Снежной. 1-го мая мы встретили в Гудауте основную команду. Не помню точно, но нас было не меньше 15-ти человек. Из всех не МРТЗ-ников, которых я назвал, точно были все. Из работников МРТЗ точно была Венера Голиванова, которая возглавила секцию после ухода Гужвы, был Володя Шишков. Я не помню фамилии остальных, сколько лет прошло, лучше уточнить у кого-нибудь еще. Мы поставили свой лагерь практически у входа в Снежную. Лестницы были уже повешены.

А.П. Собственно я вместе с Володей Козловым пересекся с вашей передовой группой в зале Гвоздецкого. Я до сих пор храню первое впечатление о вашей компании. Это был спускающийся мимо этого зала Радик Гужва со скоростью 1 метр в 30 секунд с тщательным осмотром поверхности ледяной катушки ниже себя. Тогда я сказал про себя: Саша, большое человеческое спасибо за такой подарок! Спускалась эта компания мимо нас часа 2, не меньше. Замерзли мы отчаянно. Еще помню улетевший от них в Большой зал мешок - как мы с Володей радовались, что стояли в сторонке от его траектории! Мы на время даже согрелись от охватившего нас волнения.

Е.С. Гужва, кстати говоря, тогда даже не спустился в Большой зал. С ним в группе шла Лена Артюшина, она была настолько уставшая и замершая после всего этого, что я вытаскивал ее из последнего колодца веревкой руками, сама она подниматься уже не могла. Вторым выходом пошли я, Сережа Корякин и Олег Леонтьев, если не ошибаюсь. Мы спустились на вершину ледника, причем я умудрился залезть под водопад, а гидрокостюмов у нас было всего, по-моему, два на всю компанию. На мне была какая-то рубашка из полиэтилена - сам себе сшил. Короче говоря, влетел не туда в Кривом колодце и меня там здорово намочило. Так я мокрый и спускался дальше. Палатку поставили в Малом зале. Как я туда спустился, так ни разу на поверхность и не выходил. Все трое суток экспедиции я просидел под землей. У нас был телефон и, поставив палатку, мы связались с поверхностью и доложили что лагерь готов.

А.П. А палатка у вас была простая брезентовая, на четырех человек.

Е.С. Да, такая. Прибежали Гужва с Володей Шишковым и с кем-то еще, не помню. И, короче говоря, дальше мы пошли такой командой: я, Сережа Корягин, Володя Шишков Гужва. За нами немножко помогали тащить мешки Лена Артюшина, и кто-то еще, по-моему, Олег Леонтьев. Они вскоре повернули назад в Малый зал, а мы дошли до 300 метров, т.е. спустились в Галерею. Там мы оказались без спичек, вернее нашли коробку с отсыревшими спичкам, из которых смогли зажечь только одну, высушив ее об волосы. С кайфом закурили, и тут Лена в старых транспортниках, валявшихся рядом, нашла герметичные пакеты с наборами еды и в том числе спичечные коробки, упакованные в полиэтилен. Поскольку у нас было только два гидрокостюма, то спускаться в предколодец мы планировали по очереди. Но, когда Гужва с Володей Шишковым поднялись оттуда продрогшие, мы посмотрели на них и сказали: нам там делать нечего. Мы вернулись в Малый зал, поели, и Гужва с Шишковым рванули наверх. И еще кто-то третий рванул. А мы, Ленка, я и Сережка остались. Часа три, а то и меньше, поспали и тут вдруг по связи нам сообщают, что Саша Морозов уже уходит и, если мы не снимем лестницы в течение полудня, то нам придется снимать забирать их самим. Гужва распорядился срочно сворачивать лагерь, выходить и снимать за собой навеску. Тащить наверх лагерь, мешки и навеску втроем после короткого сна для нас втроем было затруднительно, и мы запросили помощь с поверхности. В это время Олег Леонтьев с небольшой группкой спустился в зал Гвоздецкого и Гужва направил их помогать нам с выемкой. Их помощь была оригинальна, мы были на катушке ниже их и они, спускаясь к нам, посыпали нас крупными кусками ледяных сталактитов. Пришлось прятаться в щели между стенками и льдом катушки. Хорошо веревки не перебило. Короче, вытащили мы весь груз до Гвоздецкого, потом до последнего снежного колодца к дну входного и там мы выдохлись окончательно. Начали вызывать по телефону Гужву - давай нас менять. А Гужва в это время собрал всю команду на поверхности и устроил путешествие на Хипсту.

А.П. Да, мы с удивлением наблюдали это восхождение из своего лагеря.

Е.С. Для чего ему это было нужно. Дело в том, что эту экспедицию частично субсидировал МРТЗ, и Гужве надо было водрузить на Хипсте вымпел завода и сделать фотографии. Вот вся команда, вместо того чтобы помочь нам отправилась покорять Хипсту. Все-таки нам на помощь прислали Маринку Филиппову и еще двое девчонок помогали нам с верха входного колодца. Марина очень быстро замерзла, и помощи от ее участия почти не было. Собственно мы все уже были переохлажденные. Наконец-то к Снежной подошли вернувшиеся с Хипсты и дело пошло веселее. Я к тому времени не спал уже почти трое суток и отрубался настолько, что просыпался, когда, слетев с очередной продолбленной ногой в снегу полочки, болтался на страховке. Так было несколько раз, после чего я в резкой форме потребовал себе замену, и наконец-то замена пришла. В результате с матюгами спустился опять Сережа Корягин.

А.П. Слушай, а Вася Корягин его брат?

Е.С. Да, но тогда он еще в пещеры не ездил. Он, по-моему, первый раз поехал вместе с Севой Ещенко, Капралом, Димой Саниным в Снежную и ходил с ними чуть ли не до дна. Вася туда попал благодаря Севе, он его затащил. Ну, короче говоря, все вытащили. Я же был совсем никакой, кошмар полный. Вся эпопея с выемкой закончилась примерно часа в три дня.

А.П. А лестницы вы снимали?

Е.С. Да, конечно, а как бы мы бросили Морозовские лестницы?! Погода была отличная, солнышко. Тут Гужва объявляет: Ребята, пора сваливать - собираем палатки. Тут-то мой запас дипломатичности закончился, и я сказал, что после трех суток без сна никуда не пойду. Со мной остались Лена Артюшина и Венера Голиванова, а все остальные пошли вниз. Как рассказывал потом Сергей, они заночевали на Банке, где тогда проходила граница снега. Пришли они туда ночью. Ну, ты помнишь, как мы тогда там ночевали, а у них, я думаю, было еще хуже. Мы же отлично переночевали у Снежной, к тому же в заначке у Венеры было 150 грамм спирта, пришедшегося очень кстати. Помню только, выпиваю я спирт, сую ложку в кашу и провал полный. Проснулись и стали собираться идти вниз. И тут я сделал большую глупость. Одежда у нас была самая простая: обычные вибрамы, штормовки и телогрейки. Слава богу, абалаковские рюкзаки были, а не яровские. Ну, пожалел я свои ботинки, не захотелось мне мочить ноги, взял я полиэтиленовые мешки, надел их на ноги, завязал и пошел. Рюкзак был 50 килограммов, это я хорошо помню. До Сувенира я дошел нормально, довольно резво - девчонки даже поотстали. Дальше был небольшой поворотик, а там склон с наледью, и я поехал. И прямо на обрыв. По нашей малоопытности мы брали с собой ледоруб, который очень кстати оказался в тот момент со мной и даже очень кстати - он меня и спас.

А.П. Насколько я знаю, все кто брали ледорубы не пожалели об этом.

Е.С. Да, да … Когда я упал, мой 50-ти килограммовый рюкзак потащил меня, лежащего на спине вниз головой, по склону. Мне пришлось, оттолкнувшись ногами сделать сальто, перепрыгнуть через рюкзак и врубить ледоруб. Я не доехал до обрыва ровно пять метров. Пришлось выматериться, снять с ног полиэтилен и аккуратненько выбираться снова на тропу. После такого стресса шел я очень медленно, девчонки меня быстро обогнали, я остался один, шел-шел, и когда вошел в лес подвернул ногу и опять свалился мордой вниз прямо в снег, а сверху на голову лег мой 50-ти килограммовый рюкзак - чуть не задохнулся. Короче, выбрался я из-под него, зацепил ледоруб за лямки и так тащил рюкзак до Банки. Там меня поджидали девчонки, и там же я капитально разгрузился. Воткнул в дерево топор (зачем мы его брали к Снежной?), повесил на него тяжеленный, промокший армейский бушлат и отдал часть веревки своим спутницам. Дальше приключений не было до самого Дурипша. Придя в Дурипш, мы выяснили, что пришли всего на два часа позже основной группы. Кстати потом мы узнали, что на Банке кто-то из ребят обнаружил, что сам Радик тащил рюкзак весом меньше чем у девчонок, но его это обстоятельство не смутило, поскольку был убежден - начальник работает меньше подчиненных.

А.П. Женя, а после этой экспедиции он продолжал вас возглавлять?

Е.С. Да, в том же 80-том году была летняя экспедиция в Сувенир. Я уже очень не хотел ехать, мне хватило весны, но поскольку снаряжение было в руках у Радомира, как руководителя секции, мне и ребятам было некуда деваться. Чтобы отколоться от Радомира я предложил ему, зная, какой он халявщик, такой вариант: я со своей компанией выезжаю раньше и делаю навеску до стометрового колодца, а потом заберем немножко веревки и уйдем на поиск. Гужва был рад такому предложению, лишний лидер в команде был ему ни к чему. Летняя экспедиция состоялась, в моей команде было шесть человек, мы забросились, сделали навеску, с удовольствием посетили Сувенир и потом откололись в поиск.



Кратко о пещере|исследователи| ad memoria|библиотека|архив|снаряжение|медаль
юбилейный вечер|перспективы

All Contents Copyright©2001-; Edition by Andrey Pilsky; Design by Andrey Makarov;
"Снежная"-XXX лет.