Публикации
в прессе
Научные
публикации
Воспоминания
и отчеты
Описания

Абхазия. Бзыбь. Кванша-2002

Автор: Сергей Тетерин,
Коррекция: Илья Морковин

С 8-го по 26 августа 2002 года состоялось это знаменательное событие. А именно три члена Оренбургского клуба спелеологов отправилось в Абхазию, на Бзыбский хребет. Как известно, ситуация там "под контролем" но насколько никто из отъезжающих не знал. Знали только провожающие. Вот цитата из "прощального" письма Андрея "Ёжика" Галкина:
"Я тут поговорил с нашими спелеками, которые готовились в этом году в Абхазию и не поехали. Нехрен там делать!

В прошлом году москвичи еле ноги оттуда унесли. Их группу грабили почти каждый день как раз на Снежной, ты знаешь. В этом году ситуация там значительно обострилась по сравнению с прошлым годом. Вооружённое нищее озверевшее местное население давно уже без тормозов. Если заброска и выброска будет не с вертолётом, то до пещер группа может и не дойти, но и это летом не гарантирует от дружеских визитов.
Так что если ребята еще могут развернуть лыжи, пусть лучше развернут."

В общем, перспективы были радостные. Таким образом, женщин, детей и сочувствующих решили не брать. Продукты и те взяли на пол дороги, думая что не стоит подкармливать местное население. Такой черный юмор. Из всех кандидатур в конце концов остались: Василий Самсонов, Сергей Тетерин и Олег Рыжков. Меньше не имело смысла (с).

Если серьезно то планы были следующие: скооперироваться с группой москвичей во главе с Алексеем Шелепиным, поработать в пещерах, которые в перспективе могут оказать нижними входами в п.Снежная. А самое главное - "застолбить" свой участок на карстовом плато в районе г.Кванша. Еще по довоенным данным этот район был очень перспективный. Все предварительные данные о нем были получены от Олега Цоя, г.Саратов. (Огромная благодарность ему и Александру Орлу за помощь в подготовке экспедиции). Связь с Шелепиным была также осуществлена по наводке Цоя.

Изначально на этапе подготовки к экспедиции была коренным образом изменена политика питания. После героической заброски мешков с картошкой на Загедан (к большому удивлению наших саратовских друзей) и ящиков с тушенкой (а вкусно, блин!) в этом году был закуплен целый мешок различных сублиматов московской фирмы Nord-trek, в том числе сублимат водки местного производства. Кстати, о чем вовсе не пожалели.

Как обычно плацкартный вагон поезда Новокузнецк-Адлер выглядел гостеприимно. Девять общественных транспортников и некислые рюкзаки показывали серьезность намерений. (Как оказалось потом, из-за ошибки в расчетах один транспортник оказался набит овсяными печеньями, а половинами второго - плющевыми зайцами - спасибо провожатым!) При этом не было взято ни хлеба ни сухарей - с целью минимизации объема. Знай наших.

Описывать дорогу смысла нет. единственное, что в связи с наводнениями и сходами селей на юге России поезд нещадно опаздывал и были большие сомнения, что доберемся вообще. Уже на побережье в районе Якорной Щели особо впечатлили прорытые в трехметровой глине и грязи ходы для проходы поездов. И это видимо только последствия. Тем не менее, поезд опоздал не намного, часа на три и утром 10-го мы были в Адлере.

Прямо на вокзале наблюдали сбор Сибирской экспедиции (Красноярск-Иркутск-Омск) в п.Сарма. Ребята, воодушевленные прошлогодними успехами явно шли на прорыв. Насколько помнится, прошлый год дал 1540м глубины.

На такси (о горячие адлерские ребята!) рванули к границе. Переход на Псоу после обеда представляет собой красочную картину. Больше всего это почему то напоминало хроники французского отступления из под Парижа во вторую мировую. Куча местного населения, в основном женщины и дети, все с тележками, колясками растянулись более чем на километровую очередь. Как оказалось позже мы попали как раз на послеобеденное возвращение Абхазов с российских рынков. Найдя местного шерпа, который умудрился всю куче нашего барахла свалить в одну маленькую тележку мы пристроились в конец этой галдящей очереди. Время от времени из толпы раздавались крики "Смерть грузинам!", причем по-русски. Хотя речь в основном звучала абхазская (?). Потолкавшись минут сорок и замучившись объяснять местным кто мы такие мы поняли что тут напрямую пробиваться очень долго. В общем спасибо российской милиции, которая держит эту всю очередь, переворачивая тележки особо резвым - за небольшую плату и демонстрацию удостоверения работника спецслужб (хе-хе) мы были пропущены на территорию Абхазии без очереди! Абхазская же пограничная служба - это миф! (эта фраза, потом надолго засела на наших языках: Кванша - это миф, Дзышра - это тоже миф, GSM в горах- это миф и т.д.)

За 500 рублей другой таксомотор марки РАФ домчал нас до поселка Дурипш, где на начале тропы нас и встретил рыжебородый мужчина в очках, представившийся Алексеем Шелепиным. Ура! Он сообщил нам, что вся его группа пьет вино в Гудауте, а он проведет нас до лагеря. Мы, правда, были слегка озадачены тем, как легко лагерь был оставлен ими без присмотра - но как оказалось позже, это место чрезвычайно хорошо законспирировано - глухое место вне ходовой тропы.
Решив повторить прошлогодний подвиг шерпов - придурков, попробовали обойтись без двух ходок, взвалив на себя весь груз. Благо Шелепин помог. Но после полукилометрового подъема, поняв всю безнадежность этой затеи часть груза была спрятана в придорожных кустах. Уже темнело, и мы успели подняться только до кошары. Во время перекура нас догнали трое членов московской команды, которые потом обогнали нас. Мы же заночевали в кошаре. В эту ночь был просто сумасшедший гигантский дождь, продолжавшийся до утра. Такой, видимо бывает только здесь, в окрестностях моря.

Весь следующий день мы посвятили заброске снаряжения в лагерь Москвы. Уже тогда мы, правда, столкнулись с достаточно невнятными объяснениями дороги нашими московскими коллегами. Да и тактика "нормальные герои всегда идут в обход" была явно не про них.
На следующее утро выяснились небольшие, но серьезные расхождения в планах. Мы никак не могли потратить три-четыре дня на работу в завалах пещеры Самохват из-за укороченных сроков всей экспедиции. Особо смущала неконкретика планов, которые нам предлагал Шелепин. К обеду, когда был найден компромисс, мы начали собираться в пещеру. Выход был сделан в ночь, с планом работать сутки посменно. Двое спят в ПБЛ- двое работают. Благо навеска и подземный лагерь были установлены - москвичи ныряли в придонное озеро. За эти сутки было пройдено около 10 метров завала и мы вышли на дно нового колодца, высотой около 20 метров. В колодце ощущается сильная тяга воздуха, но несмотря на все усилия пройти дальше не удалось. Однозначно требуется расширение щелей внизу с помощью взрывчатки. Вышли в ночь с выноской навески и лагеря. (что оказалось для нас новостью - таких планов у нас не было).
Следующий день было выпотрошено содержимое всех транспортов с целью жесткой ревизии всего содержимого. Там и были обнаружены "подарки" в виде плюшевых игрушек и видеокассет с видами Кавказа. Друзья не дадут соскучиться.
К вечеру, с облегченными рюкзаками, вес которых составлял на 70% еда и бензин мы были готовы к автономному выходу на Кваншу. Со слов Шелепина на всю дорогу мы должны были затратить максимум два дня. Правда, на какую именно дорогу, объяснить достаточно понятно он не смог.

Если до этого места нашей стоянки (около +900) шла тропа, до дальше дорога из себя представляла скорее направление. Начался затяжной очень крутой подъем по зарослям лавровишни и ежевики. Нашей задачей было выйти на скотопрогонную тропу, ведущую к п.Снежная на уровень альпийских лугов. Проблемы оказалась в том, что несмотря на наличие карты и устные описания Шелепина у нас не было никакой привязки к местности. Мы откровенно блуждали. После трехчасового шараханья с хребта на хребет тропа, всем на зло, был найдена. Ура два раза. При подъеме по ней неоднократно встречались медвежьи следы. Такое впечатление, что тропа была именно медвежья, а не скотопрогонная. Хотя, наверное, одно другому не только не мешает, но и способствует. Ночевали на границе зоны лугов и леса. Первый вечер без воды и настоящего костра.

Ночью опять был хороший, полноразмерный ливень, который продолжался до следующего вечера. Это становилось нехорошей традицией и нам явно не нравилось. Фигачило от души. Особое уныние сутра вызвал вид развешенной для просушки с вечера одежды. Шарман. Дождавшись небольшого ослабления ливня, мы ринулись в путь. На Кваншу!
В этот день мы впервые встретили в горах местных пастухов. Автомат через плечо нас особо не смутил - видимо это обычное дело для выпаса коров. Пастухи угостили нас сыром и вином. Далее было идти веселее. Но не легче. Дождь продолжался. Мы помнили наказ Шелепина: "Выйдете на луга - не уйдите к Снежной. Берите левее и ищите тропу" В общем, вечером мы вывалились к Хипстинскому сбросу - двухсотметровому отвесу, спуску с которого не было. Нам надо было вниз. Мы явно заблудились. Методом ненаучного тыка мы начали обходить г.Хипсту справа, найдя некое подобие перевала. Ночь застала нас на снежнике, лежащем на склонах перевала. Высота около 2000м.

Утро нас встретило густейшим туманом, в котором задача найти мифическую тропу была неразрешима. Как оказалось позже перевал оказался тем же самым сбросом. Но случайно на самом краю его мы нашли россыпью гильзы от АКМ. То есть видно , что человек шел и стрелял. Можно сказать по гильзам мы в тумане нашли тропу, по которой к обеду мы вышли вниз в долину к истокам реки Хипста. Что интересно, там мы нашли следы старого спелео-лагеря и метки на скалах МГУ (?). Видимо, это были довоенные поисковые экспедиции, недалеко от Снежной. Следует сказать, что все в Ахазии меряется довоенным и послевоенным временем. То есть событиями 92-93 годов, когда была война Грузией.

Под дождем мы четыре часа искали перемычку, которая бы нас привела к скалам напротив без потри высоты. Дальше опять вверх, обходя слева гору Дзышра. Ночевали мы в цирке (клоуны, блин), под дзышринским перевалом. Красивейшее место. Скалы. Наша палатка на вершине огромного булдыгана в центре цирка. Гортекс - это миф. Мокрые ноги и красивые виды. Перед сном, мы еще успели сделать разведку боем - налегке обежали окрестности в попытках сориентироваться. В 20-ти метрах от лагеря мы обнаружили хороший вертикальный колодец. Было темно и спуск решили отложить на утро.

Утром, натощак взяв веревку мы ломанулись в эту дырку. На 18 метрах она заткнулась сыпухой. Как оказалось, это типично для большинства многообещающих колодцев в этом районе. Более того, когда горячка первооткрывателей с нас сошла, мы обнаружили метку красным - К-18. Облом и деморализация.

Оставшийся день мы шли трудноописуемым путем. Спуски сменялись подъемами. Снежники мокрой травой. Скалы - сыпухами. Направление задавали по азимуту и по Шелепенской матери.:) К вечеру вышли к очередному перевалу скорее почувствовали, чем поняли - вот она Кванша! Ура три раза. Сверка по карте и голосование подтвердило наши подозрения. До глубокой ночи мы бродили по долине вместе с рюкзаками забиваясь во все дырки. Обнаружили еще одну метку - "1621" черной краской. Разбили лагерь на краю карстового поля вне пределах видимости самой г.Кванши. Это и стало нашим пристанищем на трое суток поиска в районе.

Поиск в течении последующих двух дней дал следующие результаты и впечатления: пещер, гротов, колодцев щелей - уйма. Фактически на каждом шагу. Но. На глубине 15-20 метров все затыкаются щебнем. Встречали очень много меток краской: "К-" (видимо "колодец" и порядковый номер), ИР-90 (видимо Иркутск), КЗ-88/ (Казахстан? 88год?). Причем, за исключением ИР-90 признаков спусков в пещеры нет. То есть нет крючьев, стволы шахт не чищены от камней (даже за 15 лет было бы видно). Отдельное внимание привлекла пещера ИР-90, рядом есть метка "п.Синильга". В шахту уходил провод связи и были явно видны признаки хорошего стационарного лагеря в округе. По большому счету на конец второго дня у нас не было никакого серьезного результата, кроме найденной чужой ИР-90. (Хотя что значит чужой?). В отчаянии была предпринята попытка откапать завал на критической отметке 20 м в одной из найденных шахт. Полтора часа и работы двух человек результат не принесли. В качестве моральной компенсации было решено забраться на г.Кваншу - самую высокую точку Бзыбского хребта - 2637. Раздумья на вершине горы иногда приводят к хорошим результатам. Оглядывая район мы увидели, что наиболее перспективные дырки находятся на вершинах мини-плато, которые поднимаются в долине. Мы уже обошли практически все, кроме одного, лежащего у самых подножий горы Кванши. Через него и решен было возвращаться в лагерь - темнело. Этот случайный спуск и принес нам удачу.

Уже в потьмах, недалеко от меток КЗ-88/ мы обнаружили достойнейшую шахту, камень в которую падал значительно дольше 20 метров. Ура четыре раза. На утро вообще то мы планировали начать сброску, но такую удачу нельзя было упускать. Вооружившись всеми имевшимися 80-ю метрами веревками и спитовым набором мы наскипидаренные примчались к пещере. Начали пробивать дыру. Интересно, что это был первый спит на всей Кванше. Единственные крючья, которые были нами встречены в ИР-90 представляли из себя гибрид шлямбура и спита. Для нашего поколения такие вещи кажутся историей - а ведь это было не так давно. Первый колодец оказался глубиной около 60-ти метров. На дне - водобойка, куда и падали все камни. Василий, попытавшись пролезть в щель, углубился дальше. Новый колодец за щелью был видимо не меньших размеров - камни падали в него очень долго, затихая где то в глубине. Веревки больше не было.

Новой пещере дали рабочее название - СРТ. Это не Single Rope Techniks. Это Самсонов-Рыжков-Тетерин. Хотя игра слов здесь вполне уместна. Возможно именно здесь впервые и была использована техника СРТ в данном районе.

Сброска оказалась вдвое легче чем заброска и это связано не с весом рюкзаков. Просто после стольких блужданий мы достаточно неплохо изучили район и смогли выбрать оптимальный маршрут. Но, часть пути не дублировала наше восхождение. Неприятным открытием оказался смытый в результате проливных дождей мост на реке Хипста. Форсирование речки в духе учебников по технике пешеходного туризма хотя и возымело успех, но запомнилось надолго и далось с трудом. Ледяная вода и сильнейшее течение чуть не смыло трех первооткрывателей в воды бенгальского залива. Шутка.

До окончания экспедиции мы так и не думали, что встретимся с какой-то хотя бы косвенной опасностью со стороны местных. Все встреченные отличались крайней кавказской доброжелательностью и гостеприимством. Особую любовь местные питают почему то именно к представителям Москвы. Вопрос "А вы с Москвы?", произносимый с предыханием и заглядыванием в глаза к концу похода вызывал у нас уже легкое желание узнать, где же эта самая Москва.:)

Так вот про москвичей. Уже на самом спуске к п.Дурипш нам на тропу шагнула колоритная троица. Впереди шел безоружный абхаз, а следом за ни два голых по пояс, русских "братана" с автоматами на бычьих шеях. Все при них. Гимнаст на шее, татуировки на плечах, болты и мобилы. Вот тут то мы свои шансы оценили не высоко. Вспомнили слова ежа, но подошли, попытались вежливо пообщаться насчет мобильной связи в горах. Русские молчали. За них отвечал абхаз. Мол - это московские друзья. Приехали в "вспомнить старое". От этого "старого" у нас ёкнуло в груди и засвербило в одном месте. Пожав друг другу руки, мы постарались побыстрее разойтись. Вдали послышались выстрелы АКМ. Видимо вспомнили.

В Дурипш познакомились с местным гаишником. Наладили связи. Он нас отвез до Псоу. Переход границы много времени не занял. Единственное, что все барахло было просвечено на рентгене. Слишком много желающих привезти легкодоступное в Абхазии оружие в Россию.
Далее все по накатанной. Звонки из ресторана в Оренбург. Не сублимированная еда, по которой так соскучились в горах. Легкое южное вино. Теплое море.

Пребывание в Адлере было омрачено одним обстоятельством: искупавшись, мы заметили на теле какую-то странную сыпь. Волдыри сильно чесались. Срочно обратились за консультацией в Оренбург. Ничего мы не узнали ни по телефону, ни по приезду. Ждем продолжения.

Фотографии из экспедиции.



Кратко о пещере|исследователи| ad memoria|библиотека|архив|снаряжение|медаль
юбилейный вечер|перспективы

All Contents Copyright©2001-; Edition by Andrey Pilsky; Design by Andrey Makarov;
"Снежная"-XXX лет.